| В.Э. Борисов-Мусатов | Произведения автора | Музей-усадьба | "Мир Борисова-Мусатова. XXI век" | Конкурс "Мир Мусатова" | О сайте | Borisov-Musatov |

"МИР МУСАТОВА"

В.Э. Борисов-Мусатов



В.Э. Борисов-Мусатов

| Биография | Хронология | Семья | Саратов | Зубриловка | Таруса |

Саратов

ГОРОД, ГДЕ ЖИЛ ХУДОЖНИК. МАРШРУТАМИ В.Э. БОРИСОВА-МУСАТОВА СТО ЛЕТ СПУСТЯ… НАЧАЛО ПУТИ



Историческое здание Радищевского музея

Саратов ХХI века изменяется с каждым днем. В современном городе с модными магазинами, с яркими, обновленными фасадами все сложнее узнать купеческий, обильный пристанями город рубежа ХIХ – ХХ веков, по улицам которого ходили Алексей Петрович Боголюбов, Василий Васильевич Коновалов, Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов. Ветшают и рушатся здания, связывавшие прошлое Саратова с его настоящим. Но иногда сквозь флер ароматов из модных магазинов проглядывает неожиданно забытая, модернистская атмосфера волжского града на границе позапрошлого и прошлого веков.

Каким же был город, сыгравший столь противоречивую роль в творчестве всемирно известного художника? Провинция, захолустье с режущими глаз «контрастами между ассенизационными проблемами и «парижскими» увеселениями» и, одновременно, волжский город с необычайным летом и загадочной осенью.

Мусатовский дом и флигель

Саратовские маршруты Виктора Борисова-Мусатова условно можно разделить на две части: места, которые художник посещал еще юношей, и улицы, по которым прогуливался уже состоявшийся художник. Отчасти эти маршруты пересекаются в точках, одинаково милых сердцу художника и в детстве, и в зрелости, среди которых Радищевский музей и центральные саратовские улицы.

Конечно, сердцем и отправной точкой любого путешествия по мусатовским местам, в этом случае маршрутов детства, станет сам мусатовский дом и флигель на Плац-Параде, 13, а ныне – на Вольской, 33. Обитель художника не мыслится без сада, жестоко сжатого временем и сменой эпох, но сохранившегося и поныне. Жизнь художника в родительском доме, так и оставшемся единственным Домом в его судьбе, - это стержневой момент в нашем движении по улочкам Мусатова.

Дом А.А. Шахматова

Прологом путешествия станет дом А.А. Шахматова, расположенный на Рабочей, 23 (бывшая ул. Аничковская). Здание было построено, вероятно, во второй четверти XIX века. В 50-60 годы в нем жил саратовский отставной генерал Алексей Александрович Шахматов. После смерти помещика дом перешел в наследство его дочери Наталье Алексеевне Трироговой и ее мужу В.Г. Трирогову. Именно здесь встретились Эльпидифор Мусатов, крепостной, камердинер Шахматова и Евдокия Гавриловна, Дуняша Коноплева, камеристка Марии Федоровны Шахматовой. В том же доме они проживут первые годы семейной жизни, здесь появится на свет их сын Виктор.

Позднее в особняке разместилась саратовская уездная Земская управа. В 1910 году она надстроила третий этаж и сделала внешнюю отделку дома. А в первые годы советской власти здесь размещалось много сменявших друг друга учреждений. С 1983 года здание занимает театральный факультет Саратовской консерватории.

Дом Шомбурга

«Следующая остановка» - Мичурина, 91 (ул. Малая Сергиевская, дом Шомбурга). В этих зданиях с 1883 по 1887 гг. размещалась воскресная школа художника И.Ф. Ананьева, выпускника Петербургской Академии художеств. Эта школа была первым в Саратове специальным учебным заведением, которое ставило своей задачей обучение изобразительному искусству, подготовку к поступлению в Академию. В школе И.Ф.Ананьева учились Виктор Борисов-Мусатов, Федор Корнеев.

И.Ф.Ананьев обосновался в Саратове, после окончания Петербургской Академии художеств, имел звание "свободного художника", держал мастерскую, исполнявшую церковные и светские заказы. Возможно, что помещалась она там же, где жил Ананьев: где-то на углу Кузнечной и Полицейской (улица Кузнечная сохранила своё название, ул. Полицейская переименована в Октябрьскую.) В начале 1880-х возник замысел открыть школу, в которой "можно было бы каждому желающему научиться в свободное время рисованию и черчению", Расчет был на людей практических профессий: механиков, землемеров, архитекторов, резчиков, столяров, плотников, технологов. В рождественские праздники 1886 года в залах Радищевского музея открылась выставка, по которой саратовцы могли судить "о полезности и результатах работы школы". В экспозиции присутствовали рисунки пером и карандашом на мифологические и религиозные сюжеты, копии с картин Радищевского музея, всего восемьдесят живописных, графических и скульптурных работ.

Здание Александро-Мариинского реального училища

В 1887 году школа перешла в новое помещение, но существовать ей оставалось недолго. В октябре 1887 года Ананьев умер. Обладавший резким неуживчивым характером, страдавший пагубной страстью к спиртному, он, конечно не был великим педагогом, но само существование школы не могло не оставить следа в сознании саратовских обывателей.

Мичурина, 89 (Малая Сергиевская, ныне в здании находится кадетский корпус). В этом здании до 1890 года располагалось открытое в 1873 году Александро-Мариинское реальное училище, где учился Виктор Мусатов, Федор Корнеев, Николай Россов. Первым учителем рисования и черчения стал в классе Мусатова Федор Андреевич Васильев. В 1884 году на его место после смены директора пришел Василий Васильевич Коновалов, сыгравший в судьбе будущего художника большую роль. Именно с его именем связано поступление Виктора в Московское училище живописи, ваяния и зодчества; по сути, начало творческой карьеры. Но до этого времени случится еще множество событий, так или иначе связанных с именем Коновалова: открытие Радищевского музея, организация ОЛИИ, визит к семейству Мусатовых…

По Саратовским маршрутам художника прошла Елена Платонова
Фото Валерия Кузьменко и Элеоноры Белонович

Использованы материалы:

Бельская О.Н., Савельева Е.К., Сорокин И.В. Дом художника. Адреса «саратовской школы» на туристической карте Саратова. Перспективы развития туристских ресурсов Саратовской области. Материалы научно-практической конференции «Проблемы и перспективы сохранения, использования и развития туристических ресурсов Саратовской области» Саратов. 1999 г.

Максимов Е. / О театральном факультете Саратовской консерватории // Земское обозрение. №37 (405). 11 сентября. 2002 г.

Максимов Е. Имя твоей улицы. Саратов, 1986 г.

Савельева Е.К. «Дабы возвысить образовательное дело юношества...» К истории художественного образования в Саратове // Материалы IV Боголюбовских чтений. Саратов. 1997 г.

Савельева Е.К. «Мусатовский альбом» братьев А.В. и В.В. Леонтьевых: Попытка реконструкции // Материалы VII Боголюбовских чтений «Борисов-Мусатов и саратовская школа». Саратов. 2000 г.

Шилов К.В. «Мои краски-напевы…». Саратов: Приволж. кн. изд-во, 1979 г.

Шилов К.В. Борисов-Мусатов. М.: Молодая гвардия, 2000 г.

ГОРОД, ГДЕ ЖИЛ ХУДОЖНИК. САРАТОВСКИЕ МАРШРУТЫ ВИКТОРА БОРИСОВА-МУСАТОВА. ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Саратовские маршруты В.Э. Борисова-Мусатова подвергаются делению на определенные временные периоды с некоторой долей условности. Ярко вырисовываются годы учебы и становления художника – флигель на Плац-Параде, Воскресная школа И.Ф. Ананьева, Александро-Мариинское училище; резко очерчиваются дороги зрелого таланта – гостеприимный дом Добошинских, творческие вечера у Станюковичей, мастерские «младших современников». Но нельзя забывать про годы духовного и творческого совершенствования художника, про тот период, который он провел в путешествиях, между Саратовом, Москвой, Петербургом, Парижем.
Сложно обойти стороной в каждой из частей «Мусатовских маршрутов» «остановки», ставшие контрапунктами его аратовской жизни, его исканий и встреч: Мастерскую на Плац-Параде, менявшуюся год от года, Музей А.Н. Радищева, волжские берега, центральные улицы города.
Вторая часть нашего путешествия посвящена именно этому этапу творчества художника, который можно было бы назвать промежуточным, если бы не его чрезвычайная значимость в судьбе В.Э. Борисова-Мусатова.

Продолжая следовать мусатовскими маршрутами, мы попадаем на бывшую Никольскую улицу ныне (Радищева, 39). Здесь 29 июня 1885 года произошло грандиозное для жизни Саратова событие, состоялось открытие музея им. А.Н. Радищева. Это первый общедоступный провинциальный музей в России. Сложно переоценить влияние этого события на пятнадцатилетнего тогда Виктора Мусатова. Увиденная воочию богатая коллекция русской и европейской живописи, пожалуй, сыграла в развитии творческой манеры художника не меньшую роль, чем наставления его первых учителей и советы сподвижников, с которыми Борисов-Мусатов познакомился благодаря открытию Радищевского музея в Саратове.
Для музея было построено специальное здание, основанное по инициативе профессора живописи А.П. Боголюбова. В феврале 1897 г. в нем открылось Боголюбовское рисовальное училище. Музей и училище по замыслу основателя должны были составлять единое целое — «дабы возвысить образовательное дело юношества». В БРУ в разные годы преподавали В.П. Рупини, В.В. Коновалов, П.Н. Боев, Е.И. Боева (Гопфенгаузен), Н.П. Волконский, П.М. Зыбин, В.К. Карпенко, М.Ф. Львов, А.О. Никулин, П.А. Троицкий.
Именно открытие Радищевского музея стало отправной точкой для развития художественного образования в Саратове, послужило созданию Саратовской школы живописи, одним из самых ярких и самобытных представителей которой стал Виктор Борисов-Мусатов.
В 1887 году в Радищевском музее состоялось собрание, на котором было принято решение создать Общество Любителей Изящных Искусств. Инициатором основания ОЛИИ выступил Ананий Львович Кущ, хранитель Радищевского музея. Спустя два года, в 1889, во многом благодаря инициативе саратовской интеллигенции, общество было образовано. Местом расположения его стала улица Константиновская, дом Софийского (сейчас–ул. Советская,7).
Деятельность ОЛИИ становится одной из блестящих страниц истории Саратовского края. Сам факт того, что вслед за открытием в «провинциальном» тогда Саратове первого в России публичного музея, появляется новая серьезная просветительская организация, их совместная работа, свидетельствует о достаточно высоком культурном уровне «торгового и купеческого» города. Кроме того, это событие можно прокомментировать как стремление интеллектуальной элиты Саратова централизовать образовательную и художественную деятельность для достижения нового уровня, для ухода от «любительства» в значении непрофессионализма, о котором так часто писали саратовские газеты. Неудивительно, что у истоков Общества стояли деятели в сфере искусств, сыгравшие огромную роль в развитии культурной и художественной жизни Саратова: Василий Васильевич Коновалов, Гектор Павлович Баракки, Федор Максимович Корнеев. Действительным членом Общества любителей изящных искусств с момента его основания значится юный Виктор Мусатов.
С момента основания ОЛИИ при нем существовала художественная студия, а с 1895 — школа живописи и рисунка, где преподавали А.П. Шеве, Г.П. Баракки, В.В. Коновалов, Ф.М. Корнеев. Среди посещавших студию и школу были В.Э. Борисов-Мусатов, П.В. Кузнецов, П.С. Уткин, А.Е. Карев, А.Т. Матвеев.
Став членом Общества любителей изящных искусств, Виктор Мусатов обретает своих первых настоящих наставников, ставших вскоре его друзьями.
Особое место среди них занимает художник Василий Васильевич Коновалов (1863 – 1908), выпускник императорской Академии Художеств, преподаватель Александро-Мариинского реального училища. Его дом располагался в центре Саратова, на улице Грошовой, сейчас – Дзержинского. Именно Коновалов первым увидел живописный талант своего ученика, разгадал его незаурядные творческие способности. Живописная система В.В. Коновалова резко отличалась от художественного видения мира его подопечного. Его произведения отличались острым интересом к социальной проблематике, приверженностью реалистическим традициям в живописи, доходившим порой до натурализма. Однако истоки творческих поисков В. Борисова-Мусатова берут свое начало именно в уроках, а затем и в дружеских беседах с этим талантливым и необычным человеком.
Рядом с именем Коновалова по праву должно стоять имя Г.П. Баракки (1852 – 1915), итальянца, выпускника Миланской художественной академии, связавшего с 1873 года свою жизнь с Саратовом и оказавшего большое влияние на юного Виктора Мусатова.
Его саратовским адресом на рубеже ХIХ-ХХ веков стала улица Соляная, д. 30. Гектор Баракки был человеком известным и популярным в Саратове конца ХIХ века, овеянным ореолом легенд и слухов, среди которых рассказы о его революционных настроениях, о приверженности учению Мадзини, о бегстве из Италии. В волжском городе он становится мэтром, строгим учителем, чьи уроки будут ценить и помнить Борисов-Мусатов, П.В. Кузнецов, П.С. Уткин, А.Т. Матвеев.
Дом художника-педагога Федора Максимовича Корнеева (1869 — конец 1940-х), преподавателя школы ОЛИИ (некоторое время возглавлял ее), затем, с 1901 г., в течение четырнадцати лет преподавателя БРУ, располагался на Яблочкова, 5 (Малая Казачья). В первом этаже дома находился художественный магазин-салон и классы частной студии, которую Корнеев открыл в 1906 г. Студия Ф.М. Корнеева просуществовала с перерывами вплоть до конца 1920-х гг. В 1900-1903 гг. дом посещал В.Э. Борисов-Мусатов, друживший с художником и его женой Ольгой Григорьевной.
Именно от Мусатова Корнеев узнал о преподавателе рисования В.В. Коновалове и о своеобразном рисовальном кружке, собиравшемся у него на квартире, в доме Гoловина на Малой Сергиевской улице (ныне ул. Мичурина). Корнеев, как и Мусатов, был действительным членом Общества любителей изящных искусств, участником художественных выставок, устраиваемых Обществом. В 1898 он преподавал в рисовальной школе ОЛИИ. Корнееву удалось собрать довольно обширную коллекцию картин и скульптур, а также фотографий и документов, связанных с художественной жизнью Саратова.

Следующая наша прогулка перенесёт нас в самый плодотворный творческий период в жизни В.Э. Борисова-Мусатова, связанный с родным городом.


Елена Платонова, научный сотрудник Музея-усадьбы В.Э. Борисова-Мусатова

Использованы материалы:
Бельская О.Н., Савельева Е.К., Сорокин И.В. Дом художника. Адреса «саратовской школы» на туристической карте Саратова. Перспективы развития туристских ресурсов Саратовской области. Материалы научно-практической конференции «Проблемы и перспективы сохранения, использования и развития туристических ресурсов Саратовской области» Саратов.1999.
Максимов Е. Имя твоей улицы. Саратов, 1986 г.
Похазникова И.С. «В.Э. Борисов-Мусатов и Общество любителей изящных искусств» Парламентская газета №125(1742) 14 июля 2005.
Савельева Е.К. «Общество любителей изящных искусств в Саратове. Конец XIX - начало XX века»// Материалы VI Боголюбовских чтений, Посвященных 175-летию со дня рождения А.П. Боголюбова. Саратов. 1999.
Савельева Е.К. «Мусатовский альбом» братьев А.В. и В.В. Леонтьевых: Попытка реконструкции // Материалы VII Боголюбовских чтений «Борисов-Мусатов и саратовская школа». Саратов. 2000 .
Шилов К.В. «Мои краски-напевы…». Саратов: Приволж. кн. изд-во, 1979.
Шилов К.В. Борисов-Мусатов. М.: Молодая гвардия, 2000.

ПЕРЕКРЁСТКИ СУДЬБЫ И ТВОРЧЕСТВА. САРАТОВСКИЕ МАРШРУТЫ В.Э. БОРИСОВА-МУСАТОВА (1897-1903). ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ


В 2007 году сотрудники музея-усадьбы В.Э. Борисова-Мусатова в Интернет–рубрике «Мир Борисова-Мусатова. XXI век» подготовили материалы, объединённые одной темой: «Город, где жил художник. Саратовские маршруты Виктора Борисова-Мусатова. Сто лет спустя». Первые две части рассказывали о зданиях и улицах Саратова, связанных с детством и юностью художника, с его первыми учителями и друзьями в мире искусства. Следующая наша прогулка перенесёт нас в самый плодотворный творческий период в жизни В.Э. Борисова-Мусатова, связанный с родным городом

П.Кузнецов, А. Матвеев, 1900-е

Саратов рубежа XIX-XX для художника, рождённого в этом городе, казался местом противоречивым и беспокойным. Постоянное творческое самосовершенствование делало неприемлемым для внутреннего мира Борисова-Мусатова такие качества большинства саратовских обывателей, как косность и равнодушие. Факты вопиющего невежества, не раз имевшие место в культурной жизни города Борисов-Мусатов глубоко переживал и даже эмоционально писал своему другу музыканту Михаилу Букинику: «Самым большим пятном на моей совести было то, что я родился в Саратове».
С другой стороны, волжский город подарил Мусатову множество друзей и единомышленников, людей творческих и неординарных, влюблённых в природу родного края, не менее страстно, чем сам Виктор Эльпидифорович. С конца 1890-х годов, с поры художественной зрелости и отточенного мастерства художника, именно Саратов стал для много путешествующего Мусатова местом неожиданных встреч и приятных знакомств, сыгравших в его недолгой жизни стержневые роли.
В 1896-1897 годах живописец познакомился с тогда ещё юными Павлом Кузнецовым, Петром Уткиным, Александром Матвеевым. Каждый из них стал крупным и ярким мастером русского искусства XX века.

Саратов, Соборная, 60.

Если спуститься по улице Соборной вниз до Кузнечной, то ещё можно увидеть и при желании сфотографировать старенький покосившийся дом № 60. Рядом - большое сухое дерево. К сожалению, это единственный известный саратовский адрес выдающегося мастера русской скульптуры XX века Александра Терентьевича Матвеева (1878-1960). В 1930-х гг. в этом доме в квартире № 7 жила Евгеньевна Терентьевна Канищева, старшая сестра скульптора.
А.Т. Матвеев (1878-1960) родился в Саратове. Его детство и юность связана с родным городом, и также как и В. Мусатов, первые и сильные впечатления от искусства будущий скульптор получил в Радищевском музее. Происходя из простой и небогатой семьи, А. Матвеев сразу после окончания школы поступил на службу в городскую управу, вынужден был заниматься делом нудным и скучным.
Единственным просветом было всё возрастающее увлечение искусством.
Осенью 1900 года в одном из писем к Н.С. Ульянову, обсуждая детали будущей художественной выставки, Виктор Борисов-Мусатов писал: «…Скульптура-то ведь совсем в забросе на нашей выставке. Хоть шаром покати. Нет ничего… А покопать поусерднее, так, право, можно даже талантами обзавестись. На первый раз я посылаю к вам г. Матвеева, моего саратовского земляка. Учится он в Московской школе у Трубецкого, самый его рьяный последователь и любимец. И человек неглупый, талантливый очень. Мне кажется, из него будет прок большой. Я в нём уверен больше, чем в себе. Беден вот он только и очень самолюбив. У него есть несколько бюстов-портретов недурных и похожих. Кое-что, мне кажется, можно бы и на выставку принять».

А.Матвеев.
Бюст художника Борисова-Мусатова

В собрании Государственного русского музея хранится один из упомянутых в письме скульптурных портретов В.Э. Борисова-Мусатова, созданный двадцати двухлетним Александром Матвеевым. Это одна из немногих сохранившихся работ, выполненных скульптором в годы учения. Однако портрет получился отнюдь не ученический. «В образе глубоко чтимого им художника Матвеев делает акцент на глубинных свойствах характера, на его внутренней незаурядности в ущерб, быть может, внешней обаятельности и элегантности, свойственной Мусатову, судя по воспоминаниям его современников» (Е.Мурина, 1979 г.). К сожалению, гипсовый портрет художника дошел до наших дней с утратой: отломаны руки, опирающиеся на трость. В дореволюционной монографии Н.Н. Врангеля скульптурный портрет репродуцирован в своём первоначальном виде.
Матвеев ценил в Мусатове художника-поэта, мужественно противопоставившего преходящей прозе повседневности «прекрасный выход в искусство». Для Матвеева как скульптора имело решающее значение разработанная Мусатовым музыкально-пластичная структурность человеческой фигуры. В 1910 году, работая над надгробным памятником Мусатову, Матвеев в качестве образа выбрал одного из своих «мальчиков», скульптурный цикл которых был начат им ещё раньше. «Скульптор считал, что «мотив надгробия созвучен творчеству Мусатова». И действительно, образ спящего мальчика, воплотившего матвеевский идеал чистоты и хрупкой одухотворенности, стал символом бессмертия художника, живущего в искусстве своих преемников» (Е.Мурина, 1979 г.).

Саратов, Октябрьская, 56,
Дом Павла Кузнецова

Бывшая Полицейская улица, что возле Глебучева оврага, ныне Октябрьская, 56 – родительский дом художника Павла Варфоломеевича Кузнецова (1878-1968). Творческое становление будущего живописца было сходно с годами учёбы его старшего товарища Борисова-Мусатова. Он посещал студию при Обществе любителей изящных искусств, где преподавателями были художники Г.П. Баракки и В.В. Коновалов, получил немалые впечатления от залов Радищевского музея. Перед поступлением в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, П. Кузнецов брал уроки в только что открывшемся Боголюбовском рисовальном училище. Как и Мусатов, П. Кузнецов летом приезжал из Москвы домой.
Вернувшись в родной город пять лет спустя, в 1902 году, возмужавший и повзрослевший Кузнецов ещё больше сдружился с Борисовым-Мусатовым.
В небольшом мусатовском садике – «зелёной мастерской» на Плац-параде, 13 (адрес, где жил Борисов-Мусатов) художническая компания вместе писала этюды, рождались творческие замыслы. В одном из писем В.Э. Борисову-Мусатову П. Кузнецов делился своими эмоциями: «Я восторгаюсь упоительными утрами, дышащими свежестью ароматов. Я провожаю увядающее солнце. Я думаю, что напишу восход и увядание. Восход и увядающее солнце я посвящаю Надежде Юрьевне…». Речь идёт о Н.Ю. Станюкович, удивительной женщине, чей образ в своих произведениях не раз опоэтизировал и сам Борисов-Мусатов.
Виктор Эльпидифорович высоко ценил своего молодого друга: «…я его знаю довольно давно за очень талантливого молодого человека… Он удивительный колорист… У него масса энергии, и он любит работать как истинный художник. Да и душа у него не прозаичная, не пошлая, полная экзальтации…».
Возможно, что Мусатов не раз приходил в гости к Кузнецову в большой дом на склоне Глебучева оврага. Приезжая в Саратов у Кузнецова останавливались уроженец Хвалынска К. Петров-Водкин и М. Сарьян, дружба с которыми началась в Московсокм училище живописи, ваяния и зодчества. Запросто заходили саратовцы А. Матвеев, П. Уткин и художник А. Карев.

Саратов, Волжская, 23

Уже в 1920-ее годы в доме по улице Армянская, (сейчас Волжская, 23) кв. № 1 занимал уроженец Тамбова художник-пейзажист Пётр Савич Уткин (1877-1934), один из самых тонких и лиричных представителей «саратовской школы». Рядом с жилыми комнатами художника располагалась мастерская, предоставлена ему в 1920-е годы как профессору Боголюбовского рисовального училища.
В мастерской всегда было оживлённо: «К Петру Савичу шла учиться всегда лирически настроенная молодёжь - любители грустных саратовских волжских песен, нежных гамм. Мастерская его всегда утопала в голубых лирических «обстановках», аромате нежности, грусти и ласки», - вспоминал Давид Загоскин. Художник А. Потапов писал, что Уткин в своей мастерской много рассказывал студентам о себе, и «своих» Борисове-Мусатове, Павле Кузнецове, Мартиросе Сарьяне: «Много говорил Петр Савич о чувстве среды, в которой живём, природы, о преклонении своём перед Борисовым-Мусатовым, о лиризме. Но ничего не навязывал».

П.Уткин, Соколовский переулок. Саратов.
1890-е. Саратовский Радищевский музей

А началось всё для юного Петра Уткина в 1892-1893 гг. также в студии ОЛИИ, где опытные педагоги помогли овладеть рисунком, постичь основные законы композиции. В собрании Радищевского музея хранятся ранние работы художника, трогательные юношеские пейзажи, запечатлевшие окрестности Саратова, его улочки и дворы. Живописная гамма этих этюдов смягченная, приглушённая, передающая мечтательно-грустную, созерцательную интонацию. Ранние работы часто с особой старательностью и точностью подписаны: «Дворик квартиры П. Уткина в доме Малютина в г. Саратове №22 1893», «№23 1893, улица - Соколовский переулок, г. Саратов, квартира, где жил Уткин мальчиком, и где сейчас живёт его брат учитель Алек Уткин».
Вместе с Павлом Кузнецовым Пётр Уткин в 1897 году отправился учиться в Московское училище живописи ваяния и зодчества. Друзья были неразлучны. «Дон Кихот и Санчо Панса», - так назвал своих земляков-волжан Кузьма Петров-Водкин, прибывший в том же году в училище из Хвалынска.
«Саратовские художники, Кузнецов, Уткин, Петров-Водкин, Матвеев были в то время еще учениками московской Школы живописи. Наезжая в Саратов, они считали своим долгом прийти на поклон к своему старшему собрату. Они отводили с ним душу, критиковали художественных «генералов» и своих учителей, возмущались Третьяковской галереей, не приобретавших картин новых течений. Особенно выделялся в этом кружке Павел Кузнецов, уроженец Саратова и сын иконописца. Он говорил на каком-то своем языке о природе, птицах и зверях. Было в его рассказах что-то нелепое и все же привлекательное. Бедны они все были, как церковные крысы», - вспоминал Михаил Букиник.

Церковь во имя иконы
Казанской Божьей матери

В непосредственной близости от величественного здания Областного музея краеведения, на углу улицы Лермонтова и Троицкого взвоза близ Музейной площади расположено здание бывшей часовни церкви в честь иконы Казанской Божьей матери. Это единственный уцелевший, хотя и в перестроенном виде, фрагмент стройного церковного ансамбля. Само здание церкви было разрушено в 1930-е годы. На ее месте сейчас находится часть жилого дома на Набережной Космонавтов.
Архитектура Казанской церкви - русский классицизм с элементами тонкой стилизации в духе московского барокко. Она позволяет судить о высоком уровне зодчества в Саратове в начале классического для русской культуры 19 века.
В 1902 году П. Кузнецов, П. Уткин и К.Петров-Водкин получили большой заказ на исполнение росписи интерьера церкви Казанской Божьей матери в Саратове. Это самая большая по объему, самая важная по значению, самая дерзкая по характеру и самая громкая по резонансу работа, к которой были причастны будущие голуборозовцы на заре своей творческой деятельности. Ее можно считать этапной и в большой степени программной в их искусстве. Молодые художники работали без устали, с увлечением, уверенные, что создают нечто новое в своем родном городе. Ориентиром для них служили серьёзные изменения в художественной жизни Москвы и Петербурга, а также известные примеры, когда выдающиеся художники того времени принимали участие в росписи православных храмов. «Это было время, когда Васнецов прогремел своими композициями Владимирского собора в Киеве. Его модернизированный византизм вызвал уже подражание в среде росписчиков…» - писал К.С. Петров–Водкин. «Взялись мы за дело рьяно, с юношеской развязностью объявили войну всему захолустному убожеству…Центральными вещами мы анметили «Нагорную пропроведь» на западной стене, «Хождение поводам» - на южной, «Христос и грешница» -на северной и парусных евангелистов.

Саратов, бывшая часовня церкви
Казанской Божьей матери

«Евангелисты» и «Нагорная» достались мне, «Хождение по водам» - Уткину, а самая поэтическая композиция о женском равноправии – Кузнецову… Навещал нас изредка Мусатов и поддерживал наше рвение. Композиция Кузнецова пользовалась его особой симпатией». К сожалению, росписи не дошли до нас даже в воспроизведении. Мы можем судить о них лишь по образному описанию, оставленному К. Петровым-Водкиным, и по характеру отзывов в прессе тех лет. Художникам, очевидно, удалось создать на стенах саратовской церкви Казанской Божьей матери красивые декоративные росписи, исполненные поэтического чувства. Не случайно столь одобрительно воспринял их Борисов-Мусатов.
Однако далекие от строгих церковных канонов, росписи в храме вызвали громкий скандал. В газете «Саратовский листок» №244 от 14 ноября была напечатана разгромная ругательная статья архитектора В.Л. Владыкина «Moderne стиль и «декаденты» в адрес П.Уткина, П. Кузнецова И К. Петрова-Водкина. После почти двухлетней тяжбы с епархиальными властями росписи были признаны еретическими и по решению суда уничтожены.
Борисов-Мусатов рьяно защищал своих молодых товарищей, по воспоминаниям М. Букиника: «Он… добился даже свидания с архиереем, чтобы лично защищать дело художников. Но Высокопреосвященному уже было известно о живописи этой церкви, и он прямо заявил Мусатову, что все в ней «не молитвенно!». Ответное письмо в редакцию «Саратовского листка» так же не было напечатано, в нем Мусатов писал: «не сегодня-завтра эта талантливая молодежь станет известна всей России, и имена их будут у всех на устах».
В этом художник не ошибся.

По Саратовским адресам художника В.Борисова-Мусатова путешествовали Элеонора Белонович, Елена Платонова.

Литература:

1. Зингер Л. «Крамольные росписи»//«Волга», 1967
2. Мурина Е.Б. Александр Матвеев. М., 1979
3. Шилов К.В. «Мои краски-напевы…». Саратов, 1979
4. Шилов К.В. «Борисов-Мусатов». М, 1985, 2000
5. «Борисов-Мусатов и Саратовская школа живописи». Сборник статей. Саратов, 2000
6. Водонос Е.И. «Выдающиеся мастера «Саратовской школы» в зеркале художественной критики 1900-1933», Саратов, 2003

Сайты:

1. «Архитектурные памятники Саратова»
2. «Река времени»


Сайт Новости Радищевского музея

© Саратовский государственный художественный музей имени А.Н. Радищева
2003 - 2010 г.г.

ПРЦ НИТ СГУ


Музеи России - Museums of Russia - WWW.MUSEUM.RU Сайт 'Новости Радищевского музея'